2009.05.28 Версия действий с паспортом

2009.05.28 Версия действий с паспортом

2009.05.28 Версия действий с паспортом

(подчеркиваю, что сведения, приведенные в данном документе, являются моими предположениями, сделанными на основании имеющихся документов, и, что я не предъявляю ни к кому никаких обвинений, это только версия)

Рассматриваются две версии нахождения действий с паспортом брата с 20.03.2007 по 12.07.2007.

1-я версия: 20.03.2007 паспорт был передан (ПД35). Эта версия соответствует официальным документам, хранящимся в архиве УВД г.о. Балашиха хотя надпись «паспорт прилагается» уже замазана. Если принять эту версию, то информация (ПД35) об отсутствии паспорта в судебно-медицинской экспертизе с 20.03.2007 не соответствует действительности.

2-я версия: паспорт не предоставлялся в судебно-медицинскую экспертизу. Эта версия более интересная и далее будет подробно рассмотрена.

Аргументы:

1. Надпись «паспорт прилагается» зачеркнута. В прокуратуру и милицию не мог быть представлен документ с зачеркиванием надписи» паспорт прилагается» в направлении трупа на исследование. Это вызвало бы вопросы относительно законности места нахождения паспорта и законности самого зачеркивания – ведь паспорт необходим для оформления посмертных документов и должен находиться в судебно-медицинской экспертизе.

2. Встают законные вопросы: почему (ПД35) приняла паспорт Караванского Евгения Георгиевича, 1946 г. рождения 19.04.2007, хотя на захоронения она передала в МУП «Барус» труп совершенно другого лица, некого Корованского Евгения Георгиевича, 1949 г. рождения, т.е. совершенно другого лица? С какой целью (ПД35) принимает паспорт в день захоронения трупа лица, позиционируемого прокуратурой в качестве моего брата, когда все документы для захоронения оформлены и, возможно, уже прошло захоронение, почему не сверяет паспортные данные с оформленными посмертными документами?

3. Согласно ответу на мою жалобу от 18.12.2008 министра здравоохранения Московской области (ПД43) 19.04.2007  паспорт не был сдан в судебно-медицинскую экспертизу ранее возможно потому, что судебно-медицинская экспертиза, при случае, могла оправдать искажение данных брата неразборчивым почерком милиционера (ПД7) и отсутствием паспорта. Факт сдачи паспорта брата в день захоронения некого Корованского Е.Г. можно воспринять как желание некого лица, незаконно хранившего паспорт брата побыстрее от него избавиться, но так, чтобы не засветить ошибки судебно-медицинской экспертизы в данных брата.

4. Начальник Балашихинской судебно-медицинской экспертизы (ПД35) не могла не знать, что прием ей паспорта трупа после его захоронения и его хранение в судебно-медицинской экспертизе является незаконным. Тем не менее, она сознательно пошла на это нарушение. Это доказывает, что в незаконных действиях милиции и судебно-медицинской экспертизы присутствовал сговор.

5. (ПД35) незаконно приняла на хранение паспорт лица, отличного от захороненного (захоранивался Корованский Евгений Георгиевич, 1949 г. рождения, а паспорт принадлежал Караванскому Евгению Георгиевичу 1946 г. рождения). Значит (ПД35) либо знала об искажении данных покойника и умышленно скрывала ошибки, либо проявила преступную халатность, даже не проверив, чей паспорт она незаконно берет на хранение. Данное обстоятельство еще более усиливает подозрение в преступном сговоре милиции и судебно-медицинской экспертизы в отношении незаконных действий с паспортом брата.

6. Замечу, что в нарушении закона паспорт моего брата был сдан в Балашихинскую судебно-медицинскую экспертизу 19.04.2007, т.е в день захоронения трупа лица, позиционируемого Балашихинской прокуратурой в качестве моего родного брата. Встает резонный вопрос: почему паспорт не сдается в соответствующее в таких случаях место? Ответ здесь надо искать в том, что паспорт принадлежал Караванскому Е.Г., 1946 г. рождения, а захоронивался некий Корованский Е.Г., 1949 г. рождения и сдать паспорт в законное место без выполнения исправлений посмертных документов покойника не представляется возможным. Паспорт не возьмут, потому что он принадлежит другому лицу.

7. Разумеется, ищется удобный случай, чтобы избавиться от паспорта – вещественного доказательства сговора милиции и судебно-медицинской экспертизы. Выбросить паспорт нельзя – он засвечен в направлении трупа на исследование, приложенном к проверочному материалу по факту смерти моего брата и хранимому в УВД г.о. Балашиха. Замечу, что Балашихинской милицией, судебно-медицинской экспертизой и отделом ЗАГС было сделано все возможное, чтобы по документам мой брат попросту исчез – захоронен то ведь некто Корованский Е.Г., 1949 г. рождения.

8. Встает законный вопрос: чем объяснить множество ошибок в посмертных документах моего брата и связанных с ними нарушений закона и законности? Здесь для объяснения выходит на сцену некий Балашихинский адвокат (ПД30). Как сообщила мне соседка с первого этажа, он приезжал два раза, спрашивал меня и передал визитную карточку для связи. На встрече 29.05.2007 в его приемной в Салтыковке (ПД30) сообщил мне о смерти брата, повторяя через фразу, что его квартира не приватизирована, что я никогда не докажу своих прав на нее, и предложил мне сделку — $5000 за мой отказ от моих прав на квартиру брата. Я отказался от предложения (ПД30), несмотря на его настойчивые уговоры 29 и 30.05.2007. Как выяснилось позже 11.07.2007 на встрече с заместителем прокурора (ПД9), квартира брата приватизирована, но не зарегистрирована, а в марте 2008 я нашел в его квартире, унаследованной по решению городского суда от 30.10.2007, полный пакет подготовленных для приватизации квартиры документов, готовых для передачи в регистрационную палату.

9. 11.07.2007 заместитель прокурора (ПД9) сообщила мне о необходимости встречи с начальником судебно-медицинской экспертизы (ПД35). 12.07.2007 я получил под расписку у начальника Балашихинской судебно-медицинской экспертизы (ПД35) паспорт брата, копию свидетельства о смерти некого Корованского Е.Г. 1949 г. рождения, копию медицинского свидетельства о смерти некого Корованского Е.Г. 1946 г. рождения. Тот факт, что начальник судебно-медицинской экспертизы(ПД35) позиционировала три документа, относящиеся к трем разным лицам как относящиеся к одному лицу, свидетельствует либо о преднамеренности, либо о вопиющей халатности начальника судебно-медицинской экспертизы (ПД35). Законность факта передачи мне паспорта брата начальником судебно-медицинской экспертизы (ПД35) также вызывает сомнение и серьезное подозрение в том, что от паспорта брата хотели избавиться как от серьезной вещественной улики незаконных с ним действий.

Караванский В.Г.

28.05.2009

[свернуть]

Обновлено: 09.03.2019 — 21:52

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.